«Химики без работы не останутся»

«Химики без работы не останутся»

Часто говорят, что российское образование в целом, а химическое в частности, в упадке. Но удивительный факт: проходит Международная химическая олимпиада, и школьники из России увозят домой главные награды. Как так получается, какие сложности все же есть и можно ли их преодолевать? Обо всем этом, а также о роли химии в мире будущего рассказал ведущий научный сотрудник химического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, писатель, блогер и популяризатор науки Генрих Эрлих.

Генрих Эрлих, ведущий научный сотрудник химического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, писатель, блогер и популяризатор науки
Говорят, что российская система образования малоэффективна. Вы согласны?

Такие разговоры идут всегда, по крайней мере сколько себя помню. И не только у нас. Почитайте, например, программные речи президентов США Джона Кеннеди и Барака Обамы. За 50 лет их лейтмотив не изменился: «Наша система образования неэффективна и не отвечает требованиям дня».

Почему так происходит?

Есть две причины. Первую назовем субъективной. Во всех развитых странах готовят много специалистов в области гуманитарных и социальных наук, но большинство выпускников не могут найти работу по специальности. В то же время естественно-научные и инженерные факультеты, выпускники которых востребованы, пустуют. Это издержки школьной системы образования с неоправданно ранней специализацией. Школьники, а точнее их родители, выбирают гуманитарное направление, потому что там учиться легче и «веселее», а потом уже ничего изменить нельзя. Это химик может переучиться в экономиста, экономист в химика – вряд ли.

Вторая причина – объективная. Система образования вследствие инерционности всегда отстает от реалий сегодняшнего дня. Мы должны преподать студентам базовые вещи, без знания которых они не поймут узкоспециальные дисциплины. Мы должны давать устоявшееся, проверенное знание. А обсуждать новые веяния, дискуссионные теории мы можем разве что на семинарах. Такой зазор – объективная реальность. Но это не означает, что мы не должны стараться его уменьшить. Для этого мы вводим новые курсы. Например, я работаю на кафедре химии нефти и органического катализа. Помимо постоянно обновляющегося курса нефтехимии, мы читаем студентам спецкурсы по переработке альтернативных источников сырья (в частности, биомассы), по нанотехнологиям как средству получения катализаторов нового поколения и т.д.

Этот «зазор» приводит к тому, что на работе приходится переучивать вчерашних студентов?

Я бы не сказал, что переучивают, скорее доучивают. Это своего рода последипломное образование. Ничего страшного в этом не вижу. Главное, чтобы у выпускника были хорошие базовые знания, позволяющие ему двигаться дальше.

Тем не менее претензии звучат…

Это потому, что многие российские выпускники неважно знают реалии современного производства. Что тут делать? Можно воспользоваться опытом, который накоплен в подготовке специалистов для науки. Ученые в лучших лабораториях не ждут, пока к ним придет дипломированный специалист. Они отыскивают талантливых студентов, вовлекают их в работу, дополняют этой деятельностью базовое и специальное образование. В том числе знакомят с научными приборами, учат ставить задачу и анализировать полученные данные, воспитывают, в конце концов. И получают таким образом специалиста, готового приступить к продуктивной работе в научном коллективе.

Промышленникам тоже надо начинать работу со студентами заранее: организовать практику, стажировки, более активно участвовать в жизни профильных кафедр вузов, ну и рекомендовать на основе своего опыта общения с молодыми специалистами, какие дисциплины и разделы необходимо ввести в учебную программу, а не ограничиваться стипендиями, хотя и это важно.

Какие изменения нужны? Может, стоит что-то заимствовать из-за рубежа?

В нашей системе образования уже лет 30 происходят непрерывные изменения, причем все эти новации заимствуются из-за рубежа. Привело ли это к повышению качества образования? Тут мнения расходятся. Нужно остановиться и про­анализировать результаты. К сожалению, сделать это затруднительно, потому что не хватает объективных данных. Сейчас, увы, все сконцентрированы на процессе, а не на результате.

Но, по вашему опыту, сегодня выпускники школ с каким багажом знаний приходят в университет?

На мой взгляд, качество школьного химического образования в результате реформ упало. Это связано с откровенным вытеснением химии из школьной программы, уменьшением учебных часов, ликвидацией лабораторных работ и нехваткой квалифицированных педагогов. Западные образовательные технологии нам не помогут, потому что, если говорить честно, у них ситуация с преподаванием химии приблизительно такая же.

Может, есть отечественные?

Это не научная лаборатория, а класс, где выполняют задания участники олимпиады
Самое интересное, что есть. Главное состоит в сбалансированном, широком, фундаментальном школьном образовании, включающем среди прочего преподавание всего комплекса естественных наук на всех ступенях обучения. Только такое образование способствует формированию у учащихся адекватной картины мира. Кроме того, оно предоставляет широкую свободу выбора: ребята могут уяснить свои способности, развить их и найти им приложение. Такие прогрессирующие страны, как Китай, Корея, Финляндия, используют эту нашу систему, которую мы почему-то старательно изживаем.       

Но, например, на последней Международной олимпиаде по химии российская команда стала лучшей…

Все это не благодаря, а вопреки существующей системе школьного образования. Это результат химических олимпиад разного уровня – от школьного до всероссийского, которая была создана еще в советское время. Основной воз здесь тянут химический факультет МГУ, наш декан Валерий Лунин и множество сотрудников, которые участвуют в составлении заданий, организации олимпиад, подготовке команд для участия в международных состязаниях. Плохо то, что основание «пирамиды» олимпиад неуклонно сокращается, то есть уменьшается приток в химию талантливых школьников. Но вершина – лучшие из лучших – конкурентоспособна, несмотря ни на что.

Есть ли у нас условия для применения их талантов?

Конечно, есть, было бы желание. Работать на Западе в среднем комфортнее, особенно в науке. Но у нас тоже есть и хорошие научные центры, которые ждут не дождутся молодых сотрудников, и современные химические производства, которым нужны талантливые специалисты. Работать надо, а не рассуждать: «А есть ли у нас условия?»

Сейчас, кстати, многие компании стали уделять внимание популяризации науки. Например, СИБУР выступает генеральным партнером Менделеевского конкурса. Как вы относитесь к такого рода пропаганде?

Очень хорошо отношусь. Химическое образование – одно из самых широких, потому что включает в себя практически все дисциплины естественно-научного цикла плюс множество гуманитарных предметов. Пропагандировать химию надо еще шире. И дело даже не в привлечении студентов на химические факультеты. Надо перебороть отрицательное отношение к химии, которое навязывается обществу, объяснить людям, что химия, в частности нефтехимия, – это один из краеугольных камней нашего благосостояния.

В будущем химики станут более или менее востребованы, чем сейчас?

Наша цивилизация испытывает огромную и все возрастающую потребность в материалах, которые необходимы для создания комфортной среды обитания, средств транспорта, устройств для цифровой экономики. Кто будет делать это? Материаловеды? Так это те же химики. Нанотехнологи? Но, как остроумно сказал нобелевский лауреат Роалд Хоффман, нанотехнологии – это новое название, которое придумали для химии.
Особенно актуальна профессия химика для нашей страны. Доля химической и нефтехимической промышленности в ВВП России несопоставимо мала по сравнению с США, Китаем, другими высокоразвитыми странами. И это при том, что мы обладаем богатейшими природными ресурсами, могли бы стать мировыми лидерами. Для этого нам нужно резко, раза в три, увеличить объем производства.

А как же «зеленый» тренд? Некоторые говорят, что это вещи несовместимые.

Нефтехимия (вместе с газо- и углехимией) никуда не денется, по крайней мере еще 50 лет, а то и больше. Но будет необходимо проводить работы по повышению эффективности и глубины переработки ископаемого сырья, по уменьшению вредных выбросов в окружающую среду и т.д. Параллельно будут идти исследования по переводу химической промышленности на возобновляемые ресурсы. И еще одна глобальная задача – утилизация атмосферного углекислого газа. Так что химики без работы точно не останутся.

Примеры профессий будущего, где невозможно обойтись без химии

Проектировщик «умных» материалов,
проектировщик нанотехнологических материалов,
системный инженер композитных материалов.

Что будут делать?

Создавать новые мате­риалы:
• полимерные гели, меняющие объем при каком-либо внешнем воздействии (например, температуры);
• материалы, обладающие эффектом памяти формы;
• термо- и фоточувствительные материалы (например, электролюминесцентные ткани, меняющие яркость расцветки в зависимости от уровня освещения);
• магнито-, электрострикционные материалы, меняющие свойства под воздействием магнитного или электрического поля;
• пьезоматериалы, меняющиеся при приложении силы.

Где этому будут учить?

Московский физико-технический институт, Российский химико-технологический университет им. Д.И. Менделеева, МГУ им. М.В. Ломоносова, НИУ «МИСиС», Национальный исследовательский Томский политехнический университет, Московская государственная академия тонкой химической технологии им. М.В. Ломоносова, Санкт-Петербургский государственный политехнический университет, Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского, Уральский федеральный университет им. Б.Н. Ельцина.

Юрий Сушинов

почитать еще
Покемон  для Золушки

Покемон для Золушки

Можно ли заменить импортные пластики отечественными? Звучит неплохо, но нет. Хотя бы потому, что далеко не все мы научились делать сами. Нужна фея, которая поможет Золушке стать принцессой. Россия – хороший рынок сбыта для всего нового. Взять хотя бы игру Pokеmon Go, которая еще до официального релиза стала сенсацией. Вот только делиться технологиями с нами мало кто хочет, предпочитая прямые продажи или «отверточную» сборку.

читать полностью
Суррогаты наступают

Суррогаты наступают

Риск встретить некачественный товар или поддельный бренд есть всегда – начиная от продуктового рынка и заканчивая выставкой перспективных вооружений. Не являются исключением и изделия из полимеров. В том, почему на прилавках может появиться суррогатный товар и как потребителю распознать его, разбиралась «Нефтехимия РФ».

читать полностью
Современная алхимия

Современная алхимия

В Средние века людей, желающих изменить сущность материалов, к примеру превратить свинец в золото, считали колдунами и без зазрения совести отправляли на костер. Сегодня же такими опытами занимаются тысячи исследовательских лабораторий – пытаются создать стекло прочное, как сталь, или резину, невосприимчивую к огню. И далеко не последнюю роль в таких изысканиях играют полимеры. О том, что получается в итоге, «Нефтехимия РФ» спросила представителей различных индустрий.

читать полностью